Обзор практики применения законодательства о несостоятельности (банкротстве) граждан

Дата: 
13.03.2017

Обзор практики применения законодательства о несостоятельности

(банкротстве) граждан

 

Утвержден на заседании президиума Арбитражного суда

Уральского округа 28.12.2016

 

1.     Доводы должника о наличии у него возможности погасить существующую задолженность при длительном недобросовестном уклонении от ее погашения не препятствуют признанию обоснованным заявления конкурсного кредитора о признании гражданина банкротом и введению реструктуризации его долгов[1].

 

В связи с наличием задолженности в размере более 3 000 000 руб., подтвержденной вступившими в законную силу решениями суда общей юрисдикции, индивидуальный предприниматель обратился в арбитражный суд с иском о признании гражданина несостоятельным (банкротом).

Должник настаивал на наличии у него реальной возможности погасить существующую задолженность, при этом выражал принципиальное несогласие с ее существованием, ссылаясь на то, что долг основан на договорах займа, заключенных им под влиянием угроз и насилия со стороны кредитора.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционным судом, заявление индивидуального предпринимателя признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов.

Обращаясь с кассационной жалобой, должник указал, что суды в нарушение п. 3 ст. 213.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»[2] подменили понятие «неплатежеспособность» понятием «неисполнение обязательств».

Суд кассационной инстанции оставил судебные акты без изменения, отметив следующее.

Для возбуждения дела о банкротстве гражданина по заявлению кредитора суд устанавливает наличие внешних признаков банкротства: не исполненного в течение более трех месяцев денежного обязательства должника на сумму более 500 000 руб., подтвержденного, по общему правилу, вступившим в законную силу решением суда (п. 2 ст. 33, п. 2 ст. 213.3, п. 1 ст. 213.5 Закона о банкротстве).

Для констатации обоснованности заявления кредитора и введения реструктуризации долгов гражданина суду в силу абз. 1 п. 2 ст. 213.6 Закона о банкротстве необходимо установить не только указанные обстоятельства, но и наличие задолженности на дату судебного заседания, а также неплатежеспособность должника.

Под неплатежеспособностью гражданина для целей введения процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, согласно п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве понимается неспособность гражданина удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Пунктом 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве предусмотрены опровержимые презумпции неплатежеспособности гражданина. Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что имеет место хотя бы одно из указанных в данной норме обстоятельств.

При этом бремя доказывания совокупности условий, составляющих одну из презумпций, лежит на лице, обратившемся с заявлением о признании гражданина банкротом. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что должник является платежеспособным и неоплата указанной заявителем задолженности вызвана кратковременными финансовыми трудностями, лежит на гражданине-должнике.

В абз. 7 п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве предусмотрено, что гражданин не может быть признан неплатежеспособным, если имеются достаточные основания полагать, что с учетом планируемых поступлений денежных средств, в том числе доходов от деятельности гражданина и погашения задолженности перед ним, гражданин в течение непродолжительного времени сможет исполнить в полном объеме денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил.

При совершении должником недобросовестных действий, направленных на уклонение от погашения имеющейся у него задолженности, абз. 7 п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве не подлежит применению даже при наличии у должника доходов, позволяющих погасить задолженность в непродолжительный период времени (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»[3]).

При рассмотрении дела суды установили, что доводы должника о заключении договоров займа под влиянием угроз и насилия со стороны кредитора были предметом рассмотрения суда общей юрисдикции при взыскании спорной задолженности и отклонены судом как не нашедшие своего подтверждения; взысканная более 6 лет назад задолженность погашена частично; должник прекратил расчеты с кредитором; исполнительные производства, возбужденные на основании исполнительных листов, выданных судом общей юрисдикции, окончены в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание.

Учитывая, что доказательств, подтверждающих наличие у него имущества, достаточного для погашения существующей задолженности, гражданином не представлено, принимая во внимание неоднократно предоставленную судом первой инстанции должнику возможность в добровольном порядке погасить задолженность перед заявителем по делу, чего им сделано не было, суд кассационной инстанции признал вывод судов о наличии оснований для введения в отношении гражданина процедуры банкротства соответствующим ст. 213.6 Закона о банкротстве.

 

2.     При определении наличия признаков банкротства гражданина учитывается размер задолженности, возникшей в связи с его привлечением к субсидиарной ответственности на основании п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве как контролирующего должника лица[4].

 

Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании гражданина - бывшего руководителя несостоятельным (банкротом), ссылаясь на неисполнение последним вступившего в законную силу судебного акта о взыскании с него в пользу общества денежных средств в порядке субсидиарной ответственности.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционным судом, гражданин признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества.

Обращаясь с кассационной жалобой, должник указал, что требование, связанное с привлечением его к субсидиарной ответственности как бывшего руководителя юридического лица за ненадлежащее исполнение обязанностей, не является денежным и не может служить основанием для введения процедуры банкротства.

Суд кассационной инстанции оставил судебные акты без изменения, отметив следующее.

Согласно абз. 4 ст. 2 Закона о банкротстве под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации[5], бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 4 Закона о банкротстве для определения наличия признаков банкротства должника учитывается размер денежных обязательств, в том числе размер задолженности, возникшей вследствие причинения вреда имуществу кредиторов.

Предусмотренная п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность контролирующего должника лица наступает за его собственные недобросовестные и неразумные действия, приведшие к банкротству юридического лица и невозможности удовлетворения требований его кредиторов. Таким образом, по своей правовой природе указанные отношения сходны с отношениями по возмещению вреда, которые в соответствии с п. 2 ст. 4 Закона о банкротстве учитываются для целей определения наличия признаков банкротства должника-гражданина.

При этом отнесение денежных обязательств, возникших в связи с привлечением к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, к числу требований, принимаемых во внимание при определении признаков банкротства гражданина, не препятствует судам на стадии завершения процедуры банкротства с учетом п. 5, 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве применить правила отказа в освобождении от исполнения обязательств.

 

3.     Введение процедуры реализации имущества по ходатайству должника на стадии проверки обоснованности заявления о признании гражданина банкротом при наличии у должника недвижимого имущества, предполагающего получение дохода, является преждевременным[6].

 

Ссылаясь на неисполнение гражданином-должником в течение более трех месяцев обязанности по уплате задолженности в размере более 500 000 руб., гражданин-кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Признав требование заявителя обоснованным, суд первой инстанции с учетом ходатайства должника о введении процедуры реализации его имущества ввел данную процедуру банкротства. При этом суд исходил из того, что у гражданина-должника отсутствует источник доходов (абз. 2 п. 1 ст. 213.13 Закона о банкротстве), в связи с чем ему принадлежит право определять наличие или отсутствие возможности погашать задолженность и исполнять план реструктуризации долгов.

Постановлением апелляционного суда решение суда первой инстанции о введении процедуры реализации имущества должника отменено, введена реструктуризация долгов гражданина на основании следующего.

Положения п. 1 ст. 213.6 Закона о банкротстве предусматривают, что по общему правилу по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании гражданина банкротом, в случае если арбитражный суд придет к выводу об обоснованности указанного заявления, вводится реструктуризация долгов гражданина.

В определении арбитражного суда о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов должно содержаться указание на дату судебного заседания по рассмотрению дела о банкротстве гражданина (абз. 2 п. 4 ст. 213.6 Закона о банкротстве).

При этом до проведения заседания по рассмотрению дела о банкротстве гражданина конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган предъявляют свои требования к гражданину в порядке, предусмотренном п. 2 ст. 213.8 Закона о банкротстве, могут реализовать свое право на представление проекта плана реструктуризации долгов гражданина на основании п. 1 ст. 213.12 Закона о банкротстве, а также принять участие в первом собрании кредиторов, где на коллегиальной основе участвовать в рассмотрении проекта плана реструктуризации долгов (п. 5 ст. 213.12 Закона о банкротстве).

Принятие же в отношении гражданина решения о признании его банкротом и введении процедуры реализации имущества должника, минуя введение реструктуризации долгов (по упрощенной процедуре), возможно на основании п. 8 ст. 213.6 Закона о банкротстве в случае, если представлены доказательства того, что гражданин не соответствует требованиям для утверждения плана реструктуризации долгов, установленным п. 1 ст. 213.13 Закона о банкротстве (в частности, не имеет источника дохода), и им подано соответствующее ходатайство.

При применении названной нормы необходимо учитывать, что Закон о банкротстве предоставляет кредиторам право на участие в определении подлежащей введению процедуры банкротства должника. В случае введения реализации имущества как первой процедуры банкротства гражданина многие кредиторы еще не участвуют в деле и потому не могут полноценно сформировать и выразить свою позицию по данному вопросу.

С учетом необходимости обеспечения защиты и соблюдения баланса имущественных прав и законных интересов как кредиторов, так и должника принятие решения о введении той или иной процедуры банкротства гражданина отнесено к компетенции суда.

На основании изложенного, установив обстоятельства, позволяющие предположить наличие условий для более полного погашения требований кредиторов в ходе процедуры реструктуризации задолженности, нежели посредством реализации имущества, а именно наличие у должника объектов недвижимого имущества, имеющих коммерческое назначение и предполагающих получение дохода, приняв во внимание введение должником суда в заблуждение относительно источников получения дохода (справки по форме 2-НДФЛ представлены лишь по одному источнику выплат), апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для принятия решения о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализации имущества должника без подготовки и проведения первого собрания кредиторов.

Суд кассационной инстанции признал выводы апелляционного суда соответствующими установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

 

4.     Наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что в результате банкротства гражданина требования его кредиторов не будут удовлетворены даже частично, не препятствует рассмотрению арбитражным судом дела о банкротстве гражданина и введению в отношении такого должника процедуры реализации имущества гражданина при условии наличия источника финансирования расходов по делу[7].

 

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом), гражданин просил ввести процедуру реализации имущества, сообщив, что в настоящее время не работает, является военным пенсионером, получает пенсию, какое-либо имущество отсутствует.

Установив наличие у должника-гражданина денежных средств в размере 35 000 руб. и отсутствие иного имущества (дебиторской задолженности, недвижимого имущества, транспортных средств), суд первой инстанции прекратил производство по делу на основании абз. 8 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве ввиду отсутствия у должника средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина. В определении суда указано, что перечисление заявителем на депозитный счет суда 10 000 руб. для выплаты вознаграждения финансовому управляющему является недостаточным, так как расходы по делу о банкротстве не исчерпываются таким вознаграждением и в любом случае потребуется несение дополнительных расходов, связанных с публикацией сообщений, направлением запросов в регистрирующие органы с уплатой государственных пошлин. Суд также сделал вывод о том, что как таковая процедура банкротства сведется к формальной констатации факта отсутствия имущества, завершению процедуры и освобождению гражданина от обязательств.

Постановлением апелляционного суда определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Суд кассационной инстанции отменил судебные акты и направил дело на рассмотрение в суд первой инстанции на основании следующего.

Согласно абз. 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце.

Следовательно, обращение гражданина в суд с целью освобождения от обязательств само по себе не является безусловным основанием считать действия заявителя-гражданина недобросовестными, поскольку в соответствии с изложенным и с учетом положений ст. 10 ГК РФ в деле о банкротстве гражданина, возбужденном по заявлению самого должника, суду необходимо оценивать как поведение заявителя по наращиванию задолженности, причины возникновения условий неплатежеспособности и недостаточности имущества, так и основания и мотивы обращения гражданина в суд с заявлением о признании его банкротом.

При этом институт потребительского банкротства имеет социальную направленность и преследует в первую очередь цели освобождения добросовестных должников от чрезмерной задолженности, которую они объективно не способны погасить, и стимулирования деловой (трудовой) активности таких граждан.

В связи с этим наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что в результате банкротства гражданина требования его кредиторов не будут удовлетворены даже частично, не препятствует рассмотрению арбитражным судом дела о банкротстве гражданина и введению в отношении такого должника процедуры реализации имущества гражданина при условии наличия источника финансирования расходов по делу.

В рассматриваемом деле в заявлении о признании его банкротом гражданин выражал готовность финансировать процедуры банкротства. Однако суды первой и апелляционной инстанций не учли это заявление должника, не проверили его довод о наличии достаточных для такого финансирования накоплений. Судам необходимо было учесть при рассмотрении дела, а также разъяснить заявителю, что при неисполнении им в дальнейшем обязанности финансирования в целях возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, п. 22 Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45 допускает возможность прекращения дела о банкротстве на любой стадии.

 

5.     О соотношении положений п. 4 ст. 42 и п. 5 ст. 213.1 Закона о банкротстве при решении вопроса об адресатах, которым подлежит направлению копия определения о принятии к производству заявления о признании гражданина банкротом[8].

 

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционным судом, заявление гражданина о признании себя банкротом признано обоснованным, введена процедура реализации имущества.

Обращаясь с кассационной жалобой на указанные судебные акты, индивидуальный предприниматель – кредитор гражданина указал на неизвещение его о времени и месте судебного заседания по рассмотрению заявления должника о признании его банкротом.

Суд кассационной инстанции оставил судебные акты без изменения, отклонив этот довод на основании следующего.

Вопросы направления копии определения о принятии заявления о признании гражданина банкротом регулирует норма п. 4 ст. 42 Закона о банкротстве, согласно которой суд направляет данное определение заявителю, должнику, в орган по контролю (надзору), заявленную саморегулируемую организацию.

На момент вынесения судом определения о принятии заявления должника к производству, определений об отложении судебного заседания по рассмотрению обоснованности заявления о признании должника банкротом индивидуальный предприниматель не обладал статусом конкурсного кредитора и не относился к перечню лиц, перечисленных в п. 4 ст. 42 Закона о банкротстве, в адрес которых суд обязан направить определение о принятии заявления.

В последующем после введения одной из процедур банкротства гражданина судебные извещения и копии судебных актов по делу о банкротстве в соответствии с п. 5 ст. 213.1 Закона о банкротстве направляются арбитражным судом гражданину; финансовому управляющему; представителю собрания кредиторов (при наличии у арбитражного суда информации о его избрании); каждому кредитору, требования которого включены в реестр требований кредиторов, если число таких кредиторов не превышает десяти; каждому кредитору, совокупный размер включенных в реестр требований которого составляет более чем триста тысяч рублей, а если число указанных кредиторов превышает десять, - каждому кредитору, совокупный размер включенных в реестр требований которого превышает десять процентов от общего числа требований, включенных в реестр; лицу, если вопросы, рассматриваемые в судебном заседании, или судебный акт затрагивают непосредственно его права и обязанности.

Кроме того, информация о введении процедуры реализации имущества гражданина доступна для неограниченного числа лиц, так как размещается в официальном печатном издании, а также данные сведения опубликовываются путем их включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (ст. 213.7 Закона о банкротстве).

 

6.     При наличии у участвующих в деле лиц интереса к рассмотрению судом дела о банкротстве и занимаемой ими активной процессуальной позиции истечение установленного срока для представления кандидатуры финансового управляющего не является основанием для прекращения производства по делу[9].

 

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционным судом, производство по делу о признании гражданина несостоятельным (банкротом), возбужденное по его собственному заявлению, прекращено ввиду истечения трехмесячного срока для утверждения арбитражного управляющего. При этом суд дважды предоставлял заявителю возможность ходатайствовать об утверждении арбитражного управляющего из числа членов другой саморегулируемой организации, но все три организации сообщили суду о невозможности представления кандидатуры арбитражного управляющего в связи с отказом членов саморегулируемых организаций быть назначенными в качестве арбитражного управляющего для проведения процедуры банкротства гражданина.

Суд кассационной инстанции отменил принятые по делу судебные акты и направил дело на рассмотрение в суд первой инстанции на основании следующего.

Согласно п. 1 ст. 213.9 Закона о банкротстве участие финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина является обязательным.

В соответствии с п. 2 ст. 213.9 Закона о банкротстве арбитражный суд утверждает финансового управляющего в порядке, установленном ст. 45 названного Закона, с учетом положений ст. 213.4 и ст. 213.9 Закона о банкротстве.

В ранее действовавшей редакции ст. 45 Закона о банкротстве п. 8 было установлено, что в случае непредставления суду заявленной саморегулируемой организацией кандидатуры арбитражного управляющего в установленные сроки арбитражный суд обращается в орган по контролю (надзору), который в течение семи рабочих дней с даты получения обращения арбитражного суда обязан обеспечить в порядке, установленном регулирующим органом, представление кандидатуры арбитражного управляющего другой саморегулируемой организацией арбитражных управляющих из числа саморегулируемых организаций, сведения о которых включены в единый государственный реестр саморегулируемых организаций арбитражных управляющих.

Федеральным законом от 27.07.2010 № 219-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статьи 1 и 4 Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» п. 8 ст. 45 Закона о банкротстве признан утратившим силу. Отменяя указанное правило, законодатель (согласно пояснительной записке к проекту названного Федерального закона) исходил из того, что ст. 45 Закона о банкротстве лицам, участвующим в деле о банкротстве, предоставлен ряд возможностей для обращения с ходатайством об утверждении арбитражного управляющего из числа членов иных саморегулируемых организаций; если указанными лицами не заявлены соответствующие ходатайства, это свидетельствует о незаинтересованности в возбуждении производства по делу о банкротстве как кредиторов, так и самого должника; в этой связи представляется целесообразным прекращать дело о банкротстве в соответствии с п. 9 ст. 45 Закона о банкротстве, а указанную функцию органа по контролю (надзору) исключить как избыточную.

Таким образом, исходя из смысла и целей законодательного регулирования, норма п. 9 ст. 45 Закона о банкротстве о прекращении производства по делу в случае, если кандидатура арбитражного управляющего не представлена в течение трех месяцев с даты, когда арбитражный управляющий в соответствии с Законом о банкротстве должен быть утвержден, не устанавливает императивное правило безусловного прекращения производства по делу при наличии формального признака (непредставления суду кандидатуры арбитражного управляющего в течение трех месяцев), а содержит организационный срок, истечение которого является одним из условий для рассмотрения судом вопроса о необходимости прекращения производства по делу.

При этом реализация права гражданина на судебную защиту (в рассматриваемом случае это - право гражданина на использование установленного государством механизма потребительского банкротства, предназначенного для реабилитации должника, облегчения бремени задолженности, обеспечения справедливого распределения активов между кредиторами) не может быть поставлена в непосредственную зависимость от наличия либо отсутствия желания членов саморегулируемой организации арбитражных управляющих исполнять функции финансового управляющего за установленный законодателем размер фиксированного вознаграждения.

Соответственно, даже в случае непредставления несколькими саморегулируемыми организациями кандидатуры финансового управляющего при наличии у должника правового интереса в рассмотрении дела по существу (при явно выраженном намерении должника использовать предоставленную государством возможность применения реабилитационной процедуры потребительского банкротства) суд должен занимать активную позицию в решении вопроса об утверждении арбитражного управляющего, в частности ставить на обсуждение участников процесса вопрос о замене саморегулируемой организации арбитражных управляющих, из числа членов которой подлежит утверждению финансовый управляющий, в порядке, предусмотренном п. 7 ст. 45 Закона о банкротстве.

Кроме того, Законом о банкротстве не исключается возможность по ходатайству заявителя запрашивать кандидатуру финансового управляющего для утверждения в деле о банкротстве гражданина сразу у нескольких саморегулируемых организаций. При представлении нескольких кандидатур финансового управляющего они подлежат рассмотрению последовательно в порядке календарной очередности поступления в суд информации о кандидатуре (абз. 3 п. 7 ст. 45 Закона о банкротстве; п. 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

 

7.     В деле о банкротстве гражданина-должника, являющегося индивидуальным предпринимателем, совершенные до 01.10.2015 сделки могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, независимо от того, связаны они с осуществлением предпринимательской деятельности или нет[10].

 

В ходе производства по делу о банкротстве гражданина-должника, в отношении которого введена процедура реализации имущества, конкурсный кредитор обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора дарения приобретенной в период брака квартиры, заключенного в 2013 году супругой должника в пользу их общей дочери.

Определением суда первой инстанции в удовлетворении заявления отказано. Суд исходил из того, что положения ст. 213.32 Закона о банкротстве об оспаривании сделок гражданина к отношениям сторон, возникшим до 01.10.2015 и не связанным с осуществлением предпринимательской деятельности, применению не подлежат; сделка может быть оспорена лишь по основаниям ст. 10 ГК РФ, вместе с тем установленных данной нормой признаков, свидетельствующих о злоупотреблении сторонами сделки правом, не имеется.

Постановлением апелляционного суда определение суда первой инстанции отменено, договор дарения признан недействительным ввиду следующего.

Согласно ч. 13 ст. 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, возможно оспаривание сделок граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, совершенных с 01.10.2015. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ.

По смыслу указанной нормы применительно к сделкам, заключенным до 01.10.2015, наличие у должника статуса индивидуального предпринимателя на момент совершения сделки свидетельствует о возможности ее оспаривания по основаниям, установленным ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, вне зависимости от того, связана данная сделка с осуществлением предпринимательской деятельности или нет.

Действовавшее до 01.10.2015 законодательство о банкротстве предусматривало возможность признания индивидуального предпринимателя несостоятельным (банкротом), в частности включение в реестр требований кредиторов такого лица требований кредиторов по обязательствам, не связанным с осуществлением предпринимательской деятельности, удовлетворение требований кредиторов за счет всего имущества должника, оспаривание сделок, в том числе не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, по специальным основаниям.

Приняв во внимание, что должник с 2008 года являлся индивидуальным предпринимателем, оспариваемый договор дарения заключен менее чем за год до принятия заявления о признании должника банкротом, на момент отчуждения имущества должник имел перед кредитором неисполненные обязательства в связи с заключением сторонами договора займа, о чем супруга должника была осведомлена, суд признал договор дарения недействительным на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции согласился с данными выводами апелляционного суда.

 

8.     О наличии (отсутствии) оснований для исключения из конкурсной массы гражданина-должника имущества, с использованием которого должником осуществляется трудовая деятельность[11].

 

В отношении гражданина, признанного банкротом, введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим в состав конкурсной массы включено следующее имущество: квартира, являющаяся местом регистрации должника, автомобиль 2011 года выпуска, а также имущество гражданина, находящееся в квартире.

Ссылаясь на то, что в последнее время единственным источником его дохода является работа в должности водителя с собственным автотранспортом, должник обратился в арбитражный суд с заявлением об исключении из конкурсной массы автотранспортного средства.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционным судом, в удовлетворении ходатайства гражданина отказано ввиду следующего.

В силу п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного п. 3 данной статьи.

По мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов. Общая стоимость имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с данными положениями, не может превышать десять тысяч рублей (п. 2 ст. 213.25 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Согласно абз. 5 ч. 1 ст. 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности имущество, необходимое для профессиональных занятий гражданина-должника, за исключением предметов, стоимость которых превышает сто установленных федеральным законом минимальных размеров оплаты труда.

В соответствии с абз. 2 ст. 5 Федерального закона от 19.06.2000 № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда» исчисление платежей по гражданско-правовым обязательствам, установленных в зависимости от минимального размера оплаты труда, производится с 01.01.2001 исходя из базовой суммы, равной 100 руб.

Приняв во внимание технические характеристики автомобиля, год его выпуска, суды пришли к выводу о том, что принадлежащий должнику автомобиль имеет стоимость более 10 000 руб., что превышает сто установленных федеральным законом минимальных размеров оплаты труда.

Установив, что спорный автомобиль является единственным ликвидным имуществом должника, суды признали, что оснований для исключения из конкурсной массы данного автомобиля, предусмотренных п. 2, 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве, абз. 5 ч. 1 ст. 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется. При этом, отклоняя доводы должника о том, что трудовая деятельность осуществляется им с использованием автомобиля, суды приняли во внимание отсутствие доказательств того, что твердый доход должник может получать исключительно за счет работы водителем с использованием автомобиля, учли ранее осуществлявшийся гражданином вид деятельности, а также то, что трудовой договор заключен в период, когда должнику было известно о включении спорного автомобиля в конкурсную массу.

При наличии у должника интереса в сохранении транспортного средства он не лишен возможности заявить ходатайство о переходе к процедуре реструктуризации задолженности и представить конкурсным кредиторам проект плана реструктуризации долгов, предусматривающий использование им данного автомобиля для получения дохода с целью погашения задолженности перед кредиторами.

Суд кассационной инстанции признал выводы судов первой и апелляционной инстанций правомерными.

 

9.     Уклонение должника от взаимодействия с судом и конкурсным управляющим, выразившееся в непредоставлении информации, необходимой для проведения процедуры банкротства гражданина, явилось основанием для неприменения правила об освобождении от исполнения обязательств[12].

 

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, завершена процедура реализации имущества индивидуального предпринимателя исходя из того, что имущество, подлежащее реализации, отсутствует, мероприятия конкурсного производства исчерпаны в полном объеме. При этом указано, что правила, предусмотренные ст. 213.28 Закона о банкротстве, об освобождении от исполнения обязательств в отношении должника не применяются, последний не освобождается от исполнения обязательств перед кредиторами.

Суд кассационной инстанции оставил судебные акты без изменения на основании следующего.

Нормами п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве предусмотрено представление гражданином арбитражному суду, рассматривающему дело о его банкротстве, ряда документов, в частности документов, подтверждающих наличие или отсутствие у гражданина статуса индивидуального предпринимателя, описи имущества гражданина, справки о наличии счетов, вкладов (депозитов) в банке и (или) об остатках денежных средств на счетах, во вкладах (депозитах); п. 9 ст. 213.9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность гражданина представить финансовому управляющему по его требованию любые сведения о своем имуществе.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 42 Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45, целью положений п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5, п. 9 ст. 213.9, п. 2 ст. 213.13, п. 4 ст. 213.28, ст. 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления).

Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абз. 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом деле определение суда о предоставлении должником документов бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату и документов о государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, а также перечня принадлежащего ему движимого и недвижимого имущества с указанием его местонахождения индивидуальным предпринимателем не исполнено, сведений о невозможности представления истребуемых документов в порядке ч. 8 ст. 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должник суду не представил. Должником также не представлены суду и арбитражному управляющему сведения об иных, помимо заработной платы, источниках дохода или их отсутствии.

С учетом уклонения должника от взаимодействия с судом и арбитражным управляющим неприменение правила об освобождении от исполнения обязательств признано правомерным.

 



[1]           Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 05.07.2016 № Ф09-7032/16 по делу № А07-24851/2015. См. также постановление Арбитражного суда Уральского округа от 09.11.2016 № Ф09-9613/16 по делу № А76-5409/2016.

[2]           Далее - Закон о банкротстве.

[3]           Далее - Постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45.

[4]           Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 01.11.2016 № Ф09-9050/16 по делу № А76-30086/2015.

[5]           Далее - ГК РФ.

[6]           Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.08.2016 № Ф09-7930/16 по делу № А50-22705/2015. По вопросу о выборе подлежащей введению процедуры банкротства в отношении должника-гражданина см. также постановление Арбитражного суда Уральского округа от 16.06.2016 № Ф09-4639/16 по делу № А60-46995/2015.

[7]           Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 04.04.2016 № Ф09-3359/16 по делу № А60-55040/2015.

[8]           Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 26.09.2016 № Ф09-8686/16 по делу № А07-23495/2015.

[9]           Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 20.10.2016 № Ф09-10070/16 по делу № А50-1481/2016.

[10]         Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 22.12.2016 № Ф09-10866/16 по делу № А07-22918/2015.

[11]         Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 31.10.2016 № Ф09-10144/16 по делу № А50-2011/2015.

[12]         Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 12.09.2016 № Ф09-8211/16 по делу № А50-16058/2015.